свежие новости
        СЕРДЦЕ, ОТДАННОЕ ДЕТЯМ
  


     6.10.2018         

«БУДУ, КАК МАМА, УЧИТЕЛЬНИЦЕЙ»
       «Говорят, что любому человеку в жизни важно принять два решения: куда идти и кого взять с собой. По поводу первого никогда не сомневалась: буду, как мама, учительницей. Екатерина Якимовна Кухмар всегда для меня была примером великой труженицы, мудрой жены и чудесной мамы. Помню, как сейчас: поздний вечер, большая семья укладывается спать. Ласковые руки укрывают детей теплым одеялом, кто-то из нас спрашивает: «А ты когда ляжешь, мама?» — «Спите, детки, я скоро…» Еще долго потом горит на столе керосиновая лампа, скрипит по бумаге перьевая ручка, тихо перелистываются ученические тетрадки. Бывало, подойду к маме и прошу: «Дай мне посмотреть, как пишут дети». — «Вот посмотри, как Вова пишет красиво, аккуратно, без поправок, а у Толи ошибки и буквы вкривь и вкось». Нравилось мне, как в конце каждой работы мама ставила красивую «пятерку» или «злую» «двойку». Наблюдая за ней и слушая рассказы о школе, я поняла, что интереснее работы нет. А потом появилась моя первая учительница Дуня Кирилловна Кутынко, дальше — любимый предмет и строгая Вера Павловна Метько, чуть позже — Фаина Петровна Файнберг. Куда идти — было решено.
    Мама говорила, что это тяжкий труд, лучше выучиться на медсестру. А я помнила, как Фаина Петровна говорила мне не раз: «Ниночка, ты пишешь такие сочинения, тебе литературу надо изучать». В школе я не любила математику: она была для меня непонятной, а потому страшной. Мне кажется, у меня не было логики. А любимая учительница всегда меня поддерживала». Сдав успешно экзамены и выдержав достаточно большой конкурс (сочинение, кстати, она написала на «отлично»), Нина в 1966 году стала студенткой филологического факультета Белорусского государственного университета.
   
    НАЧАЛО ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
    «В 1971 году я окончила БГУ. На распределении шла в десятке лучших, но выбрала Стародорожчину и вернулась домой. Мама очень обрадовалась: «И правильно, доченька. Здесь кусочек сала разделим все вместе, да и ты у меня на виду будешь. Я знала, что ты вернешься. Мне сон приснился, будто превратилась ты в птицу и улетела. А я стою и плачу. Спустя время ты вернулась, покружилась и села недалеко от меня. Вот ты и вернулась на родину». Я стала преподавать русский язык и литературу в соседней деревне.
    Директор школы Станислав Иосифович Линовский убедил меня, что начинать работать надо именно в Пастовичах: близко от дома, квартиру искать не надо, да и автобусы ходят регулярно. Мне казалось, что я много знаю и многое умею, но на практике все оказалось не так. Я не могла самостоятельно написать календарные планы, составить воспитательную работу на полугодие. Коллектив Пастовичской средней школы был дружный, слаженный. Каждый ребенок в школе был родным. Доброта, тепло души многих учителей передавались и детям. В памяти моей — Станислав Иосифович Линовский, Софья Даниловна Бухал, Лидия Ивановна Ханевич, Мария Ивановна Некрашевич (Кухмар). Почти полвека назад школа эта была небольшая, деревянная, с тремя подсобными помещеними. Новые Дороги, Новые Фаличи, Минковичи и Ореховка — ребята из этих деревень ходили пешком на занятия. Первый свой 10-й класс, где была классным руководителем, помню до сих пор. Их было семнадцать, в основном мальчишки, и все такие искренние, отзывчивые. А я молодая, за все бралась, долго не раздумывая. Однажды одна повезла их в Бобруйск на лодочную станцию, не взяв с собой никого из учителей. Катались по Березине, знакомились с достопримечательностями. Гораздо позже я поняла, какую ответственность тогда взяла на себя. Слава богу, что ребята были самостоятельными, все обошлось.
    Позже меня пригласили на работу в райком комсомола, а в 1975 году я пришла в СШ №3».
   
    ГЕРМАНИЯ
    В 1976 году Нина Астрейко поехала за мужем на новое место службы — в небольшой город Бернау недалеко от Берлина. Работала в СШ №87 Группы советских войск в Германии. Преподавала русский язык и литературу и была организатором внеклассной и внешкольной работы.
    «Как мы интересно жили и работали! Вот уж поистине большая советская школьная семья. Неважно, откуда ты: из Армении, Белоруссии, Украины, России, Казахстана, Узбекистана… У всех была единая страна — Советский Союз. Так и говорили: «Еду в Союз» (в отпуск, после службы домой, по окончании школы).
    Уезжали учиться дальше в любом городе некогда великой державы — совершенно бесплатно. Там, в военной части, мы помогали друг другу в трудные минуты жизни. А какие мероприятия проводили! В них обязательно участвовали и дети, и родители. Это были экскурсии по тогдашней ГДР, торжественные линейки и прием в пионеры в Берлине в знаменитом Трептов-парке, встречи старшеклассников с представителями различных профессий. Чего только стоил ежегодный праздник «15 республик — 15 сестер»!
    Дети в национальных костюмах исполняли песни и танцы своего народа и обязательно вместе с родителями готовили национальные блюда. Это объединяло всех, учило уважать культуру других народов, интересоваться историей разных республик. А еще были встречи с немецкими коллегами, совместные праздники, обмен опытом. Мы обязательно посещали их уроки. Немцы старались говорить по-русски. Наши системы образования отличались. У нас — строжайшая дисциплина, внимание, у них дети могли заниматься на занятии чем угодно. Но когда учитель делал опрос в конце урока, оказывалось, что тему они усвоили. Это меня очень удивляло. После окончания десятилетки большинство немецких ребят шли работать или учились в колледжах. В 11-м и 12-м классах учащихся было мало, обучение продолжали только те, кто целенаправленно собирался получать высшее образование. По такой модели проходила одна из реформ и в нашем образовании, только, введя 12-летнее обучение, в Беларуси так и не сделали ни одного выпуска учащихся — отменили, даже не дождавшись результатов.
    Когда мы уезжали с мужем в Германию, то родители волновались: все-таки к немцам едем, всего 25 лет (для истории — совсем ничего) прошло, как война закончилась. 9 мая мы отмечали День Победы, а они 8 мая — День памяти. Вместе ходили на демонстрации, возлагали цветы к памятнику нашему воину-освободителю. Немцы в основном молчали. Думаю, им стыдно было за войну, в которую был втянут их народ. У нас в школе работала техничка Эрна, она прекрасно знала русский язык. Как-то рассказала нам, что у нее на войне погибли и отец, и дядя. «Я проклинаю войну, и многие жители Бернау не хотят войны. Для нас это тоже бедствие», — не раз повторяла она. Эрна рассказывала (не знаю, правда ли это), что, когда фашисты отступали, они загнали в озеро рядом с городом целые отряды своих солдат и утопили. Может, те знали какую-то тайну или была другая причина. Это озеро местные жители называют Мертвым.
    Наши немецкие коллеги были хорошими людьми, но очень экономными. У нас ломились столы от еды, когда звали их в гости. А они накрывали скромненько: бутерброды, фрукты, бутылка вина. Нашего размаха не было. Широкой белорусской душе такое вот «гостеприимство» не свойственно.
    Вернулись мы домой в 1981 году. Из Германии я привезла очень дорогую награду — Почетную грамоту Министерства просвещения СССР».

(Полная версия материала
доступна подписчикам «НС»).